Иван ЕвплотовПО-СУВОРОВСКИ

Накануне наступления, когда уже был отдан приказ, командир полка подполковник Ожогин предупредил комбата:

- Запомни, Евплотов, - твой батальон на острие главного удара. От того, как будешь наступать, зависит успех полка. Помни: вперед и только вперед! Встретишь узел сопротивления – обходи, ввяжешься в бой потеряешь время. А этого никак нельзя допустить. Назад не оглядывайся, но о флангах не забывай… словом, действуй по-суворовски.

Человек неуемной энергии, смелый, решительный командир полка того требовал и от подчиненных. Он знал майора, его личные качества, а потому в предстоящем большом наступлении поставил его батальон на решающее направление. Комбат, всегда спокойный и немногословный, вызывал к себе уважение. Когда дивизия находилась на плацдарме за Вислой, обещали ее пополнить, но последовал неожиданный приказ: «Немедленно наступать! Невзирая ни на что!».

Что же касается боевых качеств командира батальона майора Евплова, то они были, как говорят, на уровне. Окончив в 1941 году военно-пехотное училище, он зимой попал на фронт. Приняв стрелковую роту, участвовал в боях под Калининым. Там же в одной ночной схватке был тяжело ранен. Более двух месяцев лечился в госпитале. Просился снова на фронт, но командование, послало на курсы усовершенствования:

- Пару месяцев поучись, заодно и окрепнешь после раны.

Ему пришлось испытать тяжелейшие бои на Украине, под Харьковым, где наши войска попали в окружение. С величайшим трудом пробились на Северский Двинец. Из полка, а в нем числилось почти 2 тысячи человек, вышло всего 20.

Потом дивизию направили в прославленную5-ю ударную армию.

И в этой армии Евплому поначалу не повезло: опять был ранен. И  снова тяжело.

- Отвоевался, - вещали ему!

Уговорил-таки  врачей, добился предписания в свою, родную 230-ю дивизию.

Командир полка Ожогин, встретив его, не скрывал радости:

- Принимай, Иван, батальон. Командуй!

Теперь Евплову предстояло со своим батальоном наступать к Одеру, за которым зловеще маячило логово немецкого фашизма. В этой грандиозной Висло-Одерской операции командование решило перед генеральной атакой провести в боевую разведку, поддержав ее мощным получасовым артиллерийским огнем и ударами авиации. Для атаки от каждой дивизии выделялся батальон с танками и самоходно-артиллерийскими установками. Батальон майора Евплова был одним из них.

- Евплов, вперед! – услышал комбат голос командира полка по рации.

- Впере-од! – пронеслось над траншеей. – Впере-од!

Над землей выросла солдатская цепь, которую догоняли вышедшие из укрытия танки. Стреляя на ходу, боевые машины обогнали цепь и вместе с ней ворвались в оборону противника.

- Ур-ра-а! Ур-ра-а! -  бежали люди, не замечая опасности.

В охватившем порыве солдаты миновали первую траншею врага, вторую и вскоре отбросили остатки эсэсовских подразделений к третьей.

- Первая позиция взята! – доложил комбат подполковнику Ожогину. – продолжаю наступление.

- И дальше действуй так же!

Продолжая стремительное наступление, войска фронта в начале февраля 1945 года вышли на Одер и захватили на реке важный Кюстринский плацдарм. До Бердина оставалось всего 60 километров.

Вскоре командир корпуса генерал Рослый объявил приказ командующего 1-м Белорусским фронтом маршала Жукова о награждении майора Евплова орденом Суворова III степени и вручил награду.

Этим полковническим орденом по статусу награждались военноначальники и командиры, осуществившие в наступлении разгром превосходящих сил противника. Награждались генералы, командиры дивизий, корпусов, но чтоб комбаты…

- Тебе, бра, повезло, - сказал ему подполковник Ожогин. – Ты достоин этой награды. Надеюсь, что она не последняя. Действовал по-сувороски.

Наступление на немецкую столицу было назначено на 16 апреля.

За два часа до рассвета началась артиллерийская подготовка. Она была непродолжительной, но мощной, обрушившей на вражескую оборону сотни тысяч снарядов и мин. А потом, рассекая ночную мглу, в небо поднялся вертикальный столб яркого света. И тотчас вспыхнули расположенные через двести метров один от другого мощные прожекторы.

Никогда ничего подобного майор Евплов не наблюдал. Это было новшество, впервые применявшееся в военном деле. Свет сковал волю оборонявшихся, произвел на них ошеломляющее действие. К утру батальон, взаимодействую с танками  и артиллерией, преодолел главную полосу сопротивления врага и успешно продвигался к Зееловским высотам.

21 апреля батальон Евплова ворвался на окраину Берлина. Предстояло новое и последнее испытание. «Последний бой. Он трудный самый…».

Но вот на пути новое препятствие – река Шпрее. На ее противоположном берегу засели гитлеровцы. Удерживая мост, они с фланга вели губительный огонь по наступающим.

- Евплов, почему остановился? – запрашивал командир полка. - Сильное сопротивление?.. Так выставляй на прямую наводку орудия! Их у тебя в достатке.

Тогда комбату вспомнилось, как два года назад он с батальо­ном форсировал Северский Донец. Не было у него артиллерии и танков и, конечно же, ни минометов, ни огнеметов. Теперь они в избытке...

Батальон форсировал Шпрее в ночь на 24 апреля.

Маршал Жуков, вспоминая бои в Берлине, в своих мемуарах отметил действия 988-го стрелкового полка. Он писал, что за орга­низованность, мужество и героизм, проявленные при форсирова­нии реки Шпрее, за овладение многими объектами подполковни­ку А. М. Ожогину было присвоено звание Героя Советского Союза. Высоко оценивались и действия комбата Евплова. Он также удо­стоился высокого звания Героя. Летом 1945 года в Кремле ему вру­чили Золотую Звезду.

После окончания военной академии Иван Гаврилович долго служил в армии, учил командиров и солдат воевать так, как когда-то действовал сам, по-суворовски. Полковник воспитывал у под­чиненных необходимые боевые качества.

Далеко в прошлом осталась полная опасностей и тревог бое­вая юность. Но память о ней цепко держит пережитое. Да разве можно такое забыть!

 

А. Кобяков

 

 

 



Изменено 20.05.2019